На улице Ларго, штат Флорида, ранним утром в доме престарелых отключился ночной свет. В этой тишине, будто в мягком финальном аккорде длинной симфонии, ушёл из жизни один из самых самобытных баскетболистов в истории — Дик Барнетт. Человек, чей прыжок казался движением против законов физики, чья жизнь не укладывалась в стандартные биографические рамки и чья память сегодня — это больше чем просто воспоминания о чемпионствах. Ему было 88 лет.
Официальная новость о его смерти разлетелась почти синхронно с победой его любимого «Нью-Йорка» над «Детройтом» в плей-офф. Случайность? Для баскетбольного мира — почти знак свыше. Барнетт был лицом золотой эры «Никс», человеком, который своими фирменными «падениями назад» вписал команду в анналы НБА.
Перепутать его с кем-то было невозможно. Его левый бросок с высоты птичьего полёта и резким откидыванием назад ставил в тупик даже самых стойких защитников. Барнетт с усмешкой говорил своим: «Fall back, baby!» — дескать, не суетитесь, мяч уже дома. Эта фраза стала его личным брендом, а игра — синонимом дерзости и стиля на паркете.
Дик Барнетт стартовал там, где о славе баскетболистов разве что мечтают. В Гэри, штат Индиана, его первым «щитком» стала бельевая верёвка, а кольцом — жестяная банка, куда он снайперски забрасывал тряпки и пинг-понговые шарики. Но именно эта уличная изобретательность закалила в нём безупречное чувство мяча и точность, от которых потом впадали в ступор самые прожжённые защитники лиги.
Видео можно посмотреть на канале Wilt Chamberlain Archive в YouTube. Права на видео принадлежат NBA MEDIA VENTURES, LLC.
В колледже Tennessee A&I (ныне государственный университет Теннесси) Барнетт переписал историю: три чемпионства NAIA подряд — такого до него не добивался ни один игрок из HBCU. Команда стала легендой, но официальное признание пришло лишь спустя десятилетия, и только благодаря упорству самого Барнетта их имена появились в Зале славы баскетбола в 2019 году.
В 1959-м Дика забрал в первом раунде драфта НБА «Сиракьюз Нэйшнлз», и тут начались настоящие качели. Уже через пару лет, подписав контракт с «Кливленд Пайперс» — командой, которую спонсировал будущий босс бейсбольных «Янкис» Джордж Стейнбреннер, Барнетт угодил в эпицентр баскетбольного скандала. «Нэйшнлз» подали на него в суд за нарушение контракта. История быстро вышла за рамки банальной тяжбы: впервые громко заговорили о том, что баскетболисты не рабы системы и имеют право выбирать свою команду. Суд в итоге запретил Барнетту играть за «Пайперс» в сезоне-1961/1962, но он навсегда вписал своё имя в хроники спортивной революции, став одним из первых, кто сломал старые порядки и заставил лигу задуматься о свободе игроков.
Преодолев судебные войны, Барнетт оказался в «Лейкерс», где на одной площадке с такими гигантами, как Джерри Уэст и Элджин Бэйлор, учился держаться среди титанов. Однако по-настоящему его звезда вспыхнула после переезда в Нью-Йорк — в 1965-м «Никс» стали для Дика не просто командой, а билетом в личную баскетбольную революцию. Уже в дебютном сезоне он накидывал соперникам по 23,1 очка за матч — лучший показатель в его арсенале. В паре с молодым Фрейзером, а позже с Эрлом Монро, Барнетт стал той самой искрой, которая разожгла две чемпионские династии «Нью-Йорка» в 1970 и 1973 годах.
Видео можно посмотреть на канале 70sFan в YouTube.
Очевидцы помнят: Барнетт — это всегда сюрприз, фирменный бросок-головоломка, улыбка с вызовом и ощущение, что баскетбол — это не только спорт, но и настоящее шоу. На паркете он был эксцентричен, за его пределами — ещё ярче. Первый выход в старый «Мэдисон Сквер Гарден»: плащ, клетчатые штаны, шляпа, зонт — и тренер Холцман сразу понял: перед ним харизма в чистом виде.
И эта дерзкая индивидуальность проявлялась не только на паркете. Ещё в годы выступлений за «Нэйшнлз» Барнетт начал писать стихи — чтобы не сойти с ума от тоски по дому и одиночества. Позже он открыл собственное издательство Fall Back Baby Productions, стал выпускать поэзию и публицистику о спорте, расе и жизни. Перо довело его до научной фантастики: в книге The Athlete Negro — The Awakening Барнетт через художественный вымысел говорил о том, о чём многие боялись — о финансовой свободе чернокожих спортсменов.
С Барнеттом всегда было что вспомнить — и не всегда это были только баскетбольные подвиги. Одну из любимых историй он сам с ухмылкой рассказывал накануне своего чествования в 2023 году. Как-то раз команда решила сорвать комендантский час и рванула на бурлеск-шоу — думали, прокатит. Но кто сидит в зале с самым невозмутимым видом? Конечно, Ред Холцман собственной персоной. Эта байка потом ещё годами гуляла по раздевалке «Никс» и собирала аплодисменты не хуже победных бросков.
Видео можно посмотреть на канале MSG Networks в YouTube.
Даже после последнего свистка Барнетт не порвал связь с «Никс». Его 12-й номер навечно взлетел под своды «Мэдисон Сквер Гарден» в марте 1990-го — знак, который получают только избранные. Барнетт преподавал спортивный менеджмент в университете Святого Иоанна, продолжал писать и жил на два дома — между Нью-Йорком и солнечной Флоридой.
За карьеру он набрал 15 358 очков — солидно, 15,8 за матч. Но дело не в статистике: его помнили не за цифры, а за смелость быть другим, за верность собственному стилю и нежелание раствориться в системе. Только в 2024-м, спустя десятилетия после ухода с паркета, Барнетт получил своё место в баскетбольном Зале славы как ветеран — ещё одно «падение назад», но уже прямо в вечность, туда, где по-настоящему ценят великих. Когда весной 2023 года Барнетта вывезли на площадку «Мэдисон Сквер Гарден» в инвалидной коляске, арена взорвалась овацией. Рядом был его старый друг Билл Брэдли, и в этот момент казалось, что время замерло. Барнетт снова был на вершине. И снова — на своих, особенных условиях.
