В истории UFC были десятки ярких прозвищ. Rampage (Ярость), The Iceman (Ледяной), Bones (Костяной), Blessed (Благословенный). Одни помогали запомнить бойца, другие отражали его стиль. Но только одно со временем стало самостоятельным брендом. Сегодня The Notorious знают даже те люди, кто никогда не смотрел смешанные единоборства.
12 июля на турнире UFC 329 состоится грандиозное возвращение ирландца в октагон в реванше с Максом Холлоуэем. Перед этим боем особенно интересно вспомнить не только спортивную карьеру Макгрегора, но и историю двух слов, превративших бойца в один из самых узнаваемых брендов в UFC.
Конор Макгрегор Не началось 
Макс Холлоуэй Истоки псевдонима
Буквальным переводом слова notorious является фраза «печально известный». Но англоязычное выражение в нашем контексте давно вышло за рамки словаря. Именно этого эффекта как будто и добивался Макгрегор – стать не самым опасным и брутальным бойцом, а самым обсуждаемым. Чтобы его фамилия появлялась в новостях независимо от того, дрался он или нет.
Макгрегор никогда подробно не объяснял происхождение прозвища. Однако уже в начале профессиональной карьеры было очевидно, что он искал не просто звучный псевдоним, а имя, которое отражало бы его публичный образ.
Прозвище The Notorious стало не просто брутальным именем для раздувания образа, а прямой характеристикой личности. Ведь сначала сформировался Конор как человек и персонаж, а потом пришли и титулы.
Вспоминаем великий путь: Через медные трубы — к величию в MMA. Биография неповторимого Конора Макгрегора
Когда Макгрегор дебютировал в UFC в 2013 году, за пределами Европы о нём почти никто не знал. Но уже через несколько месяцев журналисты ехали на его пресс-конференции с не меньшим рвением, чем на сами бои. Причина заключалась не только в ярких нокаутах. Каждое интервью превращалось в шоу. Он предсказывал раунды, называл соперников посредственностями, обещал изменить весь дивизион. Тогда многим казалось, что это очередной громкий болтун. Но проблема для критиков заключалась в том, что Макгрегор выполнял практически каждое обещание. Он действительно нокаутировал Диего Брандао. Досрочно прошёл Дастина Порье. За 13 секунд отправил в нокаут Жозе Альдо, завершив эпоху одного из величайших чемпионов полулёгкого веса. Именно в этот момент прозвище The Notorious перестало быть сценическим именем. Оно подтвердило характер человека.
Конор продавал не бои. Он продавал ожидание
До Макгрегора главным лицом UFC были чемпионы. После него главным продуктом стала личность. Именно при Коноре статус главной PPV-звезды UFC приобрёл совершенно иной масштаб. Болельщики покупали трансляции не потому, что ожидали идеальный бой, а потому, что боялись пропустить момент. Любой выход ирландца мог закончиться историческим нокаутом, очередной скандальной цитатой или событием, которое ещё неделю обсуждали бы спортивные и неспортивные медиа. Каждая пресс-конференция собирала миллионы просмотров. Любая фраза разлеталась по социальным сетям быстрее официальных анонсов турниров. Конор сделал трэш-ток самостоятельным видом искусства. При этом почти всегда оставался в рамках одной идеи: соперник должен проиграть ещё до выхода в клетку.
Конор Макгрегор
Фото: Brandon Magnus/Getty Images
Особенно ярко The Notorious раскрылся во время мирового тура перед боем с Жозе Альдо в 2015 году. За несколько дней Макгрегор успел устроить словесные войны сразу в нескольких странах, а ролики с пресс-конференций набирали миллионы просмотров. За счёт чего Альдо морально иссяк ещё до выхода в октагон, а сам бой продлился 13 секунд и закончился нокаутом. Позже UFC фактически превратила подобные мероприятия в отдельное шоу – во многом благодаря ирландцу.
Фраза We're not here to take part, we're here to take over («Мы здесь не для того, чтобы участвовать, мы здесь, чтобы взять власть в свои руки») стала девизом всей его карьеры. А после победы над Эдди Альваресом мир услышал ещё одну культовую реплику I'd like to apologize… to absolutely nobody! («Я хотел бы извиниться… абсолютно ни перед кем»)
Эти слова становились частью бренда, который функционировал постоянно – в клетке, на пресс-конференциях, в социальных сетях и даже во время долгих пауз в карьере.
Даже поражения не разрушили легенду
Большинство бойцов после нескольких громких неудач теряют ореол непобедимости и принадлежности к элите. С Макгрегором произошло обратное.
После поражения от Хабиба именно пресс-конференция после драки стала едва ли не более обсуждаемой, чем сам поединок. После перелома ноги в бою с Порье камеры несколько минут не отходили от сидевшего у сетки Макгрегора, а его эмоциональная речь мгновенно разлетелась по всему миру. Даже проигрывая, он продолжал создавать информационные поводы.
Хабиб Нурмагомедов — Конор Макгрегор
Фото: Harry How/Getty Images
Парадокс Макгрегора заключается в том, что новости о нём собирали аудиторию независимо от результата. Победа, поражение, пресс-конференция, судебные разбирательства, бизнес-проекты, фотографии с яхты – всё превращалось в мировые заголовки.
Для UFC это было уникальное явление. Организация привыкла продавать противостояния. Макгрегор научил её продавать самого человека.
Почему никто так и не смог стать новым The Notorious
После взлёта Макгрегора промоушен пытался найти следующую суперзвезду. Появлялись яркие чемпионы, талантливые трэш-токеры, эффектные нокаутёры. Однако повторить его путь не удалось никому. Причина проста: большинство копировали внешние признаки – громкие заявления, дорогие костюмы, колкости в адрес соперников. Но забывали главное. Макгрегор не играл роль. Он искренне наслаждался тем образом, который сам создал. И самое важное – почти всегда подтверждал слова делом.
Пока Конор стремительно шёл к чемпионским поясам в двух весовых категориях, его высокомерие выглядело не постановкой, а естественным продолжением побед. Именно поэтому The Notorious невозможно просто скопировать. Это не стиль поведения. Это сочетание результата, харизмы, уверенности и чувства момента.
12 июля возвращается не просто Макгрегор
Когда на UFC 329 ирландец вновь войдёт в октагон против Макса Холлоуэя, зрители будут в трепетном ожидании не только спортивного исхода. Они в первую очередь захотят увидеть человека, который однажды сумел превратить собственное прозвище в глобальный спортивный бренд.
За последние годы UFC пережил смену поколений. Появились новые чемпионы, новые звёзды, новые кассовые бойцы. Однако достаточно произнести всего два слова: The Notorious – и практически любой поклонник ММА сразу поймёт, о ком речь. Не каждый чемпион становится легендой. И почти никому не удаётся сделать легендарным собственное прозвище. Макгрегору – удалось.
